«Ходит с ножом и кусает брата». Мать-опекунша боится взятого из детдома ребенка. Он может быть жертвой насилия?

Семейное счастье в мечтах героини наших коллег из CHITA.RU выглядело просто: любить детей и вместе заботиться о животных. Но короткий срок после оформления опеки над двумя сиротами закончился кошмаром, в котором переплелись недетские забавы, садизм и тошнотворные воспоминания мальчишек.

Летом жительница поселка Даурия Забайкальского края Надежда (все имена в тексте изменены. — Прим. ред.) взяла под опеку двух детей из детского дома — братьев, семилетнего Сашу и пятилетнего Колю.

Через два месяца, когда дети освоились, старший начал вести себя, мягко говоря, странно. Первым звоночком стал онанизм. Ребенок не стеснялся ни младшего брата, ни взрослую женщину. Затем он стал мучить кота и собаку, в том числе ножом, а потом и совершать с животными что-то похожее на сексуальное насилие. Звучит дико, но ровно это Надежда и написала в обращении на имя главы СКР Александра Бастрыкина.

«В ходе бесед с детьми выяснилось, что всему этому Саша научился в детдомах (указания населенных пунктов удалены по требованию законодательства. — Прим. ред.). Он с детьми из старшей группы якобы издевался над бездомными животными во время прогулок.

Также, со слов Саши, вечером, когда воспитатели писали документы, в спальню младшей группы приходили дети из средней группы и совершали насильственные действия сексуального характера. Со слов Саши, когда воспитатели видели детей, совершающих эти действия, их уводили на разговор и ставили в угол в душевой с выключенным светом на всю ночь», — говорится в обращении на имя Бастрыкина.

Но это письмо стало апофеозом истории, точкой, до которой новая семья доходила маленькими шажками.

«Саша начал с кухни таскать ножи. Коту обрил шерсть на шее, собаке сзади нанес рану. Я спрашиваю: "Зачем?" Он отвечает: "Я не знаю". Потом проговорился: хотел якобы с кота шкуру снять, а собаке писюн отрезать, но промахнулся. А начиналось так всё хорошо. Мальчик меня спрашивает: "Как можно кошку гладить?" Я рассказала, что по спинке, по голове, можно по шейке. Через несколько дней смотрю, кот побрит.

Ножи все от ребенка спрятала, он раздобыл два пластиковых ножа — из набора пластилина и от игрушечной кухни», — говорит опекунша.

С ее слов, после того как она спрятала ножи, ребенок принялся мстить.

«Я стала пить валерьянку, и как-то раз мне стало плохо после лекарства. Второй раз — снова плохо. Спрашиваю Сашу: "Ты ничего в пузырек не добавлял?" Он помолчал и сказал, что воду. Ну не с воды же мне так плохо стало? Так и не добилась ответа», — говорит Надежда.

Она признаёт, что взяла детей довольно поспешно. Ей предлагали брать сразу 3–4 детей, так как разлучать родных нельзя. В детдоме, где жили братья, их описали как замечательных мальчиков. После этого женщина проходила школу опекунов и общалась с детьми только по видеосвязи. Увидеть детей она смогла летом, когда забирала их домой.

Сначала дети и правда были замечательными. Лишь когда начались первые выходки, она вспомнила, что ей дали документ с диагнозом Саши. Строго говоря, это даже не диагноз, а состояние — минимальная мозговая дисфункция (ММД), при которой возникают нарушения поведения и умственной деятельности.

«Если бы я знала про это обстоятельство, то еще бы подумала, стоит ли брать такого ребенка и как с ним жить. Но мне не говорили, не предупреждали. Только когда мы уезжали из детдома, дали документ», — утверждает Надежда.

Но описание ММД, которое женщина нашла в интернете, не дает объяснения тому, что делает ребенок.

Издевательства над животными на этом не кончились. Женщина обнаружила, что кот оглох, потерял шерсть, а собака стала объектом таких экспериментов, что и писать не рискну. Страдать от Саши якобы стал и младший брат.

«Сначала я думала, что Коля обижает старшего. Но потом стала наблюдать и поняла, что Коля просто защищается. Однажды Саша ударил его проводом, я только через день заметила синяк. Потом искусал до синяков. Потом и вовсе началось страшное: старший брат стал приставать к младшему. Я стала разговаривать с обоими. Оказалось, что в детдоме такое уже было: Саша с тремя мальчиками к Коле приставал», — говорит женщина.

Надежда говорит, что уже несколько месяцев не спит нормально: детей нужно постоянно контролировать. Она якобы пыталась поговорить с сотрудниками детдома и органов опеки, но там ей ответили, что это игры и так дети в 5–7 лет познают мир.

«Конечно, меня такой ответ разозлил. У вас разве дети ножами животных режут? Насилуют? Я разговариваю с Сашей, говорю: "Если ты меня не слушаешься, если ты творишь такое, то давай я тебя отвезу обратно в детдом". Он не хочет. Спрашиваю: "Зачем ты это делаешь?“ Он сначала молчал, потом сказал, что хочет жить со мной один, без кошек, собак и брата. Но я его уже боюсь, взгляд у него страшный. Боюсь за Кольку, вдруг Саша что-то с ним сделает», — рассказывает Надежда.

Когда опасения дошли до точки, она обратилась к детскому омбудсмену Наталии Эповой, и та посоветовала обратиться к медикам. Опекун 20 октября отвезла Сашу сначала в ЦРБ, но там рекомендовали ехать в психиатрическую больницу в Читу. Врачи приняли решение о его госпитализации.

«Я понимаю, что ребенок не виноват, но от него исходит опасность и ему нужна помощь. Я не имею права рисковать жизнью и здоровьем Коли, рисковать детьми, которые с Сашкой контактируют в школе и на улице. Долго думала и приняла решение: 29 октября поехала в отдел опеки администрации Забайкальского округа, чтобы написать отказ от Саши. Мне не позволили, объяснив, что либо я оставляю обоих детей, либо оба они попадают в детдом: Коля сразу, а Саша — после выписки из больницы.

Но я не хочу возвращать в детдом младшего после того, что я услышала. А вдруг над ним будут издеваться. А вдруг он станет таким же, как старший.

Меня настораживает то, что никто будто бы не хочет заниматься решением вопросов по оказанию необходимой психиатрической помощи ребенку. Педиатр и психиатр в Забайкальской ЦРБ, а также сотрудники больницы Кандинского мои показания о насильственных действиях сексуального характера и домогательствах по отношению к младшему брату Коле не фиксировали. В больнице мне сказали, что у Саши — отставание в развитии, которое откорректируется препаратами. Уже сейчас якобы он просто чудесный ребенок», — говорит Надежда.

С мнением врачей она не согласна. Проблем с интеллектом у ребенка она не замечала. Более того, удивляется, насколько он может продумывать свои действия.

«Когда я стала пресекать Сашины поступки и внимательнее за ним следить, он проявил чудеса наблюдательности. Ему было важно остаться одному, поэтому он вычислял, сколько я нахожусь в душе, сколько времени мою посуду. Когда я поставила видеокамеру в комнату, он быстро сообразил, где у нее слепые зоны и как можно в объектив не попасть. Он понял, что камеру можно ударить и она зависнет», — рассказывает женщина.

В школе, по ее словам, у мальчика проблем тоже не было, хотя учительница в классе довольно строгая. Педагог, если и делала замечания ребенку, опекуну ничего не говорила. Однажды она попросила Надежду не писать в тетрадях вместо Саши, сомневаясь, что у первоклашки настолько хороший почерк.

Надежда хочет отказаться от старшего ребенка, но в органах опеки якобы не находит понимания. Меж тем в Минсоцзащиты Забайкалья в ответе на запрос «Чита.Ру» указали, что опекун может быть освобожден от исполнения своих обязанностей. Согласно статье 145 Семейного кодекса РФ, передача братьев и сестер под опеку или попечительство разным лицам не допускается, за исключением случаев если такая передача отвечает интересам детей.

На вопрос об ознакомлении женщины с диагнозами братьев в ответе говорится неоднозначно. Закон дает возможность кандидату в опекуны узнать конфиденциальные сведения о ребенке, в том числе про медицинское заключение о состоянии здоровья ребенка.

Примерно такой же ответ дали в министерстве на вопрос об обследовании психики Саши: «В соответствии с пунктом 2 приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 14 апреля 2025 года № 212н диспансеризация детей, оставшихся без попечения родителей, проводится ежегодно и представляет собой комплекс мероприятий, включающий в себя профилактический медицинский осмотр и дополнительные методы обследований, проводимых в целях оценки состояния здоровья».

Вопросы о том, остаются ли дети без присмотра воспитателей, могут ли они контактировать с животными и правда ли, что сотрудники детдома посоветовали Надежде не беспокоиться из-за действий Саши, остались без ответа. В Минсоцзащиты сослались на закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью», уточнив, что это может быть информация, «побуждающая детей к совершению действий, представляющих угрозу их жизни и здоровью, или оправдывающая противоправное поведение». Как эти вопросы могут повлиять на детей, мне лично не ясно.

Следственный комитет начал проверку по заявлению женщины. По ее словам, следователь допросил ее и младшего ребенка, со старшим провели следственные действия в больнице. В пресс-службе СУ СКР по Забайкальскому краю пояснили, что сотрудники ведомства проводят проверку, устанавливая факты, изложенные в обращении.

Ребенок — как копирка

Ситуацию мы обсудили с главным внештатным психиатром Дальнего Востока и главврачом забайкальской психиатрической больницы Ольгой Ступиной. Законодательство запрещает обсуждать проблемы конкретного пациента, поэтому разговор мы вели про обезличенного ребенка.

Психиатр однозначно говорит, что издевательства над животными и сексуальная расторможенность семилетнего ребенка могут говорить о психических проблемах. Особенно если ребенок жил в такой среде и повторяет то, что делали в его окружении. Ребенок, по словам Ступиной, в этом смысле как копирка.

Признаков для обращения к психиатру, по мнению врача, довольно много: это и расторможенность ребенка, и расстройства аутистического спектра, и недостаточная собранность. Есть повод задуматься о визите к врачу, если ребенок плохо спит, грызет ногти или выдирает себе волосы.

«Если ребенку не хватает собранности к школе, нужно проконсультироваться в первую очередь у детского невролога. Если неврологи не справляются, то, конечно, тогда уже коррекцию поведенческих реакций нужно делать психиатру. Всевозможных причин много, когда родители обеспокоены состоянием ребенка. Если это родители, конечно, адекватные, нацеленные на то, чтобы их ребенок был здоровым, мог нормально обучаться в школе. На медосмотрах перед поступлением в детсад и школу детей также обследуют. У нас есть приказы Минздрава, которые мотивируют нас на профилактические осмотры детей. Если родители что-то не заметили, то врачи увидят и помогут. Такие осмотры проходят дети из детдомов, и, как правило, они попадают под наблюдение чаще. К сожалению, детский дом — это не всегда комфортная среда, это не семья. Часто такие дети имеют проблемы, поведенческие или эмоционально-волевые расстройства. Это не такие уж грубые расстройства, но если их не корректировать, то они могут мешать качественной жизни. Обращение к специалистам должны инициировать работники детских домов. У них есть и психологи в штате, они отслеживают поведенческие реакции и диагностики», — говорит Ступина.

На вопрос про фантазии о сексуальном насилии ребенка, который никогда с подобным не сталкивался, ответить сложно. Однако врач считает, что такие непростые элементы фантазирования детскому уму нехарактерны, если подобных ситуаций в жизни не было.

«Я предполагаю, что, если ребенок про это говорит, значит, что-то такое было: кто-то ему про это рассказывал, показывал. Ситуации могут быть разными и зависят от возраста. Сегодня многие дети подвергаются сексуальному насилию в семье. Мы это видим по уголовным делам, которые появляются у нас на экспертизе. К сожалению, где-то, может быть, интернет свою роль играет, когда родители не следят, что смотрит их ребенок, — я всегда про это говорю. Это тоже проблема, так как ребенок бы ничего подобного не придумал, учитывая его гормональный фон и всё остальное», — прокомментировала врач.

Вообще, по словам психиатра, психические проблемы — не частая причина отказа от детей. На это может пойти не только опекун, но и кровные родители.

Чаще, конечно, родители занимаются лечением.

***

Рассказанное женщиной могло бы тянуть на ее больную фантазию, и, честное слово, лучше бы так и было. Однако насилие над детьми в детдомах не единичный случай. Я не хочу демонизировать ни учреждения, ни сотрудников, ни воспитанников, поэтому привожу не публикации в СМИ, а официальные сообщения СКР.

2013 год

Дело о насильственных действиях возбудили в Шилкинском районе, где ребенок подвергся издевательствам со стороны старших воспитанников.

Аналогичное дело в детдоме Могочинского района, где две девочки стали жертвами 17-летнего парня.

2014 год

Возбуждено дело по информации о насилии в отношении воспитанника детдома. Преступление было совершено ранее, но воспитатели, зная о нем, не обращались в правоохранительные органы.

Фигурантами дела об изнасиловании стали два воспитанника детского дома 16 и 17 лет. Их 13-летний подельник избежал уголовной ответственности по возрасту. Подростки подозревались в том, что напали на 17-летнюю девушку на территории детдома.

2016 год

Воспитанник детдома, 14-летний подросток, совершил насильственные действия сексуального характера в отношении трех мальчиков — 7, 8 и 10 лет.

Наши коллеги из E1.RU недавно рассказали о происходящем кошмаре в детдоме на Урале.